«Готовь ужин на троих, ко мне переезжает Леночка», — выдал благоверный. Мой сюрприз ждал их прямо в прихожей
— Готовь ужин на троих, ко мне переезжает Леночка, — выдал мой благоверный, завязывая галстук перед зеркалом в прихожей.
Он произнес это таким будничным, ровным тоном, словно просил купить по пути с работы пакет молока или забрать вещи из химчистки. Ни тени смущения, ни грамма вины. Просто констатация факта.
Я замерла с кофейником в руках. Горячий пар щекотал лицо, но внутри меня вдруг стало невыносимо холодно.
— Что, прости? — переспросила я, искренне надеясь, что у меня начались слуховые галлюцинации на фоне недосыпа.
Игорь, наконец, соизволил оторвать взгляд от своего идеального отражения и посмотрел на меня. В его глазах читалась легкая скука и снисходительность — так смотрят на не очень умного ребенка, которому приходится повторять прописные истины.
— Аня, давай без сцен, мы же взрослые люди, — вздохнул он, поправляя манжеты. — Ты прекрасно знаешь, что наш брак давно изжил себя. Мы стали просто соседями. А я встретил человека, с которым по-настоящему счастлив. Лена — удивительная девушка. Тонкая, чувственная натура. Ей тяжело снимать квартиру на окраине, а у нас тут сто квадратных метров, три комнаты. Всем места хватит. Ты же все равно целыми днями пропадаешь на своей работе.
Он говорил это абсолютно серьезно. Мой муж, человек, с которым я прожила восемь лет, всерьез предлагал мне жить в одной квартире с его любовницей и, более того, обслуживать их быт.
— То есть, ты хочешь, чтобы твоя любовница жила здесь. И чтобы я приготовила вам приветственный ужин? — мой голос прозвучал на удивление спокойно, хотя в ушах уже начинал пульсировать гнев.
— Ну, не любовница, а моя будущая жена, — поправил Игорь с легкой улыбкой, от которой мне захотелось выплеснуть на него кипяток. — И да, будь добра, приготовь что-нибудь особенное. Леночка обожает морепродукты. Купи дорадо или тигровых креветок. Запеки с травами. Мы будем часам к семи вечера. У нее вещей немного, так, пара чемоданов, я сам занесу. Освободи для нее половину шкафа в спальне. А ты пока можешь перебраться в гостевую.
Он чмокнул меня в щеку — привычный, автоматический жест, от которого меня передернуло, — подхватил свой кожаный портфель и вышел за дверь. Щелкнул замок.
Я осталась стоять посреди кухни. Тишину нарушало только тихое гудение холодильника.
Первой реакцией был шок. Мозг отказывался обрабатывать информацию. Как такое вообще возможно? Откуда в человеке столько первобытной, кристально чистой наглости?
А потом шок отступил, уступив место ледяной, расчетливой ярости.
Игорь, видимо, забыл одну маленькую, но очень важную деталь. Эту квартиру в центре города мне оставила бабушка. Она была оформлена на меня задолго до нашего знакомства. Все эти восемь лет Игорь жил на моей территории, пользовался моей техникой, спал на моей кровати и, как оказалось, постепенно уверовал в то, что стал здесь полноправным хозяином.
Я посмотрела на часы. Половина девятого утра. До семи вечера у меня было ровно десять с половиной часов.
Десять с половиной часов, чтобы приготовить самый незабываемый ужин в его жизни.
Первым делом я позвонила на работу и взяла отгул по семейным обстоятельствам. Начальник, услышав мой ледяной тон, даже не стал задавать вопросов.
Затем я открыла браузер и набрала номер клининговой компании, предоставляющей услуги грузчиков и упаковщиков. За дополнительную плату они согласились приехать через час. Третьим звонком был вызов слесаря.
Когда логистика была выстроена, я налила себе бокал вина — в девять утра, потому что этот день явно требовал нарушения всех правил — и включила музыку погромче.
Ровно в десять в дверь позвонили. На пороге стояли трое крепких парней в униформе с рулонами пупырчатой пленки, скотчем и стопкой картонных коробок в руках.
— Квартирный переезд? — спросил старший, оглядывая просторную прихожую.
— Скорее, точечная депортация, — улыбнулась я. — Ребята, задача такая: нужно собрать абсолютно все мужские вещи в этой квартире. Одежду, обувь, бритвенные принадлежности, книги по бизнесу, вот ту дурацкую коллекцию пивных кружек, его PlayStation, удочки, документы. Все до единого носка. Женские
вещи не трогать. Мебель не трогать. Справитесь?
— Обижаете, хозяйка, — ухмыльнулся парень, оценив ситуацию. — Упакуем в лучшем виде.
Работа закипела. Я ходила по комнатам, как генерал по полю боя, и указывала пальцем на имущество пока еще законного супруга.
— Эти костюмы — в коробку. Осторожнее, они дорогие, пусть мнется, но не рвется. Галстуки туда же. О, а вот это — на помойку, — я указала на стопку журналов на его прикроватной тумбочке.
Пока ребята методично очищали мою территорию от следов присутствия Игоря, приехал слесарь. Хмурый мужчина с густыми усами за полчаса высверлил старый замок, ключи от которого были у Игоря, и установил новый, хитроумный механизм с броненакладкой. Теперь моя крепость была по-настоящему неприступна.
К двум часам дня квартира преобразилась. Она стала светлее, чище и… свободнее. Исчез запах его парфюма, исчезли раскиданные по стульям рубашки, исчезла его дурацкая гитара в углу, на которой он играл раз в год, когда напивался.
В коридоре высилась гора из двадцати пяти аккуратно заклеенных коробок. На каждой я перманентным маркером вывела крупные надписи: «ТРУСЫ И НОСКИ ВЕЛИКОГО СУЛТАНА», «ОЧЕНЬ ВАЖНЫЕ БУМАЖКИ», «ИГРУШКИ ДЛЯ МАЛЬЧИКА 35 ЛЕТ», «КРЕМ ОТ МОРЩИН И ПРОЧАЯ КОСМЕТИКА».
— Куда сгружаем? — спросил старший грузчик, вытирая пот со лба. — В машину?
— Нет, — я сладко улыбнулась. — Выносим в подъезд. На лестничную клетку.
Грузчики переглянулись, но спорить не стали. Мой этаж был последним, соседей напротив не было, площадка была просторной и отделена от лифта дополнительной дверью, так что проходу эта баррикада не мешала.
Когда последняя коробка заняла свое место в аккуратно выстроенной стене на лестничной клетке, я щедро расплатилась с ребятами и оставила их с хорошими чаевыми.
Оставалась кулинарная часть марлезонского балета.
Я спустилась в супермаркет. Игорь просил дорадо и тигровых креветок? Что ж, я всегда была покладистой женой.
Я купила пачку самой дешевой лапши быстрого приготовления со вкусом креветок. Захватила баночку кильки в томатном соусе — чем не морепродукты? И, чтобы завершить композицию, купила бутылку самого дешевого фруктового вина в картонной коробке.
Вернувшись, я достала из кладовки старый раскладной столик для пикника. Вынесла его на лестничную клетку и установила прямо перед горой коробок с вещами Игоря.
Постелила сверху газету «Вестник района». Поставила две пластиковые тарелки, в которые изящно выложила сухую лапшу, посыпав ее приправой из пакетика. В центре стола водрузила открытую банку кильки. Два пластиковых стаканчика и картонная коробка вина завершали эту роскошную сервировку.
Мой сюрприз был готов. Он ждал их прямо в прихожей… точнее, за ее пределами.
Время до вечера я провела в свое удовольствие. Приняла долгую ванну с пеной, сделала маску для лица, уложила волосы. Я надела свое лучшее платье — глубокого винного цвета, идеально подчеркивающее фигуру, — и туфли на шпильке. Накрасила губы яркой помадой. Я выглядела не как брошенная жена, а как женщина, которая только что выиграла в лотерею. Собственно, так оно и было.
В 18:45 я налила себе бокал хорошего, дорогого Кьянти, села в кресло в прихожей и стала ждать.
Ровно в 19:00 раздался щелчок лифта.
Сквозь массивную дверь я услышала голоса.
— …и я ей так прямо и сказал, Ленусь. Не переживай, Анька у меня дрессированная, поплачет и успокоится. Будет нам еще завтраки в постель носить, — голос Игоря был полон самодовольства.
— Игореш, а это удобно? Может, мне правда пока у подруги пожить? — голос Леночки оказался высоким, тонким и слегка писклявым.
— Глупости! Я в этом доме хозяин, я так решил. Ого, а это что за склад? Соседи ремонт затеяли, что ли?
Я подошла к двери и приникла к глазку.
Игорь стоял спиной ко мне, разглядывая гору своих коробок. В одной руке он держал модный чемоданчик, другой обнимал за талию хрупкую блондинку лет двадцати с небольшим. Леночка хлопала накладными ресницами и испуганно жалась к своему «альфа-самцу».
Игорь сделал шаг к двери и вставил ключ в замочную скважину.
Ключ, естественно, не вошел даже наполовину. Игорь нахмурился, подергал ручку, снова попытался вставить ключ.
— Что за черт… Заело, что ли? — пробормотал он.
Затем его взгляд упал на раскладной столик. В тусклом свете подъездной лампы композиция из доширака и кильки выглядела особенно концептуально.
— Игореш… а тут написано «Игрушки для мальчика 35 лет», — робко подала голос Леночка, показывая тонким пальчиком с идеальным маникюром на одну из коробок. — Игореш, тебе же тридцать пять?
Игорь медленно повернул голову. До него начало доходить. Я видела через глазок, как краснеет его шея. Он начал лихорадочно читать надписи на коробках.
— Тварь… — выдохнул он и со всей силы нажал на кнопку звонка.
Трель разнеслась по квартире. Я выждала ровно десять секунд, сделала изящный глоток вина, поправила прическу и распахнула дверь.
Я не стала выходить в подъезд. Я стояла в проеме, опираясь плечом на косяк, и безмятежно улыбалась.
— Добрый вечер, дорогие гости! — пропела я. — Пунктуальность — вежливость королей.
Игорь стоял с открытым ртом. Его лицо пошло красными пятнами. Леночка, увидев меня — в роскошном платье, с бокалом и торжествующей улыбкой — как-то съежилась и попыталась спрятаться за его спину. Видимо, Игорь описывал меня как забитую мышь в засаленном халате.
— Что… что это значит, Аня?! — взревел Игорь, брызгая слюной. — Какого хрена ты поменяла замки?! И что делают мои вещи в подъезде?!
— Как что? — я картинно округлила глаза. — Я выполнила твою просьбу, милый. Ты сказал, что Леночка переезжает к тебе. Я подумала: зачем юной, чувственной натуре ютиться в гостевой комнате? Я решила отпустить тебя в свободное плавание, навстречу твоему счастью! Теперь все твои вещи здесь. Вы можете ехать куда угодно.
— Ты совсем с ума сошла?! Это моя квартира! — заорал он, делая шаг вперед.
Я спокойно подняла руку, останавливая его.
— Ошибка, Игорь. Это моя квартира. По документам, по закону и по факту. Твоей здесь была только пыль под диваном и вот эти коробки. И знаешь, без них здесь стало дышать гораздо легче.
— Да я на тебя в суд подам! Мы восемь лет в браке, это совместно нажитое! — он пытался выглядеть грозно, но голос предательски дрогнул.
— Подавай, — пожала я плечами. — Квартира досталась мне по наследству до брака. Мой адвокат завтра же пришлет тебе бумаги на развод. Ах да… ужин!
Я указала свободной рукой на раскладной столик.
— Ты просил морепродукты на троих. Я купила креветки… со вкусом креветок. И рыбку. Прости, но посуды на троих у меня не нашлось, да и компания мне ваша как-то не по душе. Так что ужинайте сами. Приятного аппетита, Леночка! — я подмигнула блондинке. — Надеюсь, ты любишь кильку в томате. Она отлично
сочетается с его зарплатой менеджера среднего звена, с которой он платит два кредита за свою машину.
Глаза Леночки стали размером с блюдца.
— Игореш… ты же говорил, что ты директор филиала… и квартира твоя… — пролепетала она, переводя взгляд с сухой лапши на багровеющего Игоря.
— Лена, помолчи! — рявкнул он на нее, теряя остатки самообладания. — Аня, немедленно открой дверь! Я никуда не пойду на ночь глядя! Ты не имеешь права выставлять меня на улицу!
— Уже выставила. И если ты не уберешь свой хлам с моей лестничной площадки в течение часа, я вызову полицию. Скажу, что какой-то бомж устроил свалку у моих дверей.
Я отступила на шаг назад, в тепло и уют своей прекрасной, чистой квартиры.
— Прощай, Игорь. Спасибо, что сам решил эту проблему, — сказала я.
Я закрыла дверь прямо перед его носом. Щелкнула мощной задвижкой.
В подъезде повисла тишина, а затем начался скандал. Я стояла у двери и слушала, как тонкий голосок Леночки на повышенных тонах требует объяснений про
кредиты и должность, а Игорь орет, что она дура и ничего не понимает. Послышался звук пощечины, стук каблучков по ступеням — Леночка, видимо, решила не дожидаться романтического ужина с килькой и сбежала, даже не вызвав лифт.
Потом раздался глухой удар — Игорь пнул одну из своих коробок.
— Сука! — приглушенно донеслось из-за двери.
Я улыбнулась, допила вино одним глотком и пошла на кухню.
В холодильнике меня ждал стейк из отличной говядины и свежие овощи. Нужно было приготовить ужин. Ужин на одну персону — самый вкусный, самый спокойный и самый счастливый ужин в моей новой жизни.